Вы здесь: Начало // Литературоведение // Зинаида Гиппиус и Анна Ахматова

Зинаида Гиппиус и Анна Ахматова

Нина Королева

Наших дедов мечта невозможная, Наших героев жертва острожная, Наша молитва устами несмелыми, Наша надежда и воздыхание (222)

Правда, у Гиппиус речь идет конкретно об Учредительном собрании — ″Учредительное собрание, Что мы с ним сделали?″ У акмеистки Ахматовой никогда не могло бы быть столь определенного указания, ее мечта и крушение мечты гораздо более символистски размыты:

Все расхищено, предано, продано, Черной смерти мелькало крыло. Все голодной тоскою изглодано, Отчего же нам стало светло? <… > И так близко подходит чудесное К развалившимся грязным домам… Никому, никому не известное, Но от века желанное нам… Июль 1921 (I, 351)

Неожиданный ахматовский поворот — от разрухи и отчаяния — к радости — имеет параллель в поэзии Гиппиус — см. ее стихотворение ″Будет″, посвященное врачу и деятелю Политического Красного Креста, бесстрашно боровшемуся за спасение узников петроградских тюрем во время красного террора, И. И. Манухину:

Ничто не сбывается. А я верю. Везде разрушение, А я надеюсь. Все обманывают, А я люблю. Кругом несчастие, Но радость будет. Близкая радость, Нездешняя — здесь. (244).

У Ахматовой крушение окружающего ее мира — тема ее настоящего, разговор о сегодняшнем, хотя она и отдает себе отчет в историческом значении происходящего и ощущает себя частью истории. Лишь с конца 1930-х гг. , когда она начнет писать ″Поэму без героя″, она выступит ″мастером исторической живописи″, будет осмыслять свой исторический опыт эпически-отстраненно. /343/




 



Читайте также: