Вы здесь: Начало // Литературоведение // Вячеслав Иванов и Сан Хуан де ла Круc

Вячеслав Иванов и Сан Хуан де ла Круc

Всеволод Багно

оформления знаменитой речи «Гамлет и Дон-Кихот» понадобился датский принц (в ранней редакции эту функцию выполнял Сехизмундо из пьесы Кальдерона «Жизнь есть сон» (Багно 1988: 325-326) для контраста с сервантесовским героем. Если не считать поздней книги Мережковского (Мережковский 1988) и нескольких скупых упоминаний — нередко в одном ряду с именем Тересы — можно вспомнить лишь Н. С. Арсеньева, знавшего поэзию испанского мистика не понаслышке. В переводе Арсеньева отдельные строфы шедевра мистической поэзии Запада — «Духовной песни» Хуана де ла Крус — были доступны русскому читателю с 1917 года (Арсеньев 1917: 251-298). Кстати говоря, очевидно, что «чувственный», «сладострастный» характер мистического опыта Святой Тересы, так, как он был понят в России, не мог не быть известен Вячеславу Иванову. О нем писали не только Бердяев и Карсавин, поставивший вопрос особенно остро, введя яркий термин «мистического блуда», Волошин (личность и творчество Тересы де Хесус играли не последнюю роль в созданном Волошиным вместе с Е. И. Дмитриевой образе вымышленной поэтессы Черубины де Габриак), однако Иванова он должен был оставить равнодушным. Между тем это не помешало Иванову восторгаться, по свидетельству Маковского, искушенностью Черубины де Габриак «в мистическом эросе» (Маковский 1990:163).

Русские символисты и представители русского религиозного возрождения нередко воспринимали себя как «самозародившихся» мистиков, подчеркивая при этом свою независимость от какой бы то ни было церковной традиции и сознательную ориентированность на ветры из миров искусства и многовекового религиозного опыта человечества. Не столько сочинения и личность Тересы де Хесус, сколько представления о ее творческом облике, а сквозь призму этого облика и собирательный образ испанской мистики, чувственной, сладострастной и эротической, занимал не последнее место в попытках самоидентификации русских поэтов и мыслителей рубежа XIX и XX веков.

Сан Хуан де ла Крус, любимый ученик Святой Тересы, — один из самых немногословных поэтов мировой литературы. Его перу принадлежит чуть более трехсот стихотворных строк. Между тем лирика мистика из Фонтивероса — одна из вершин мировой религиозной поэзии. /197/




 



Читайте также: