Вы здесь: Начало // Литературоведение, Поэзия и музыка // Рихард Вагнер в русском символизме

Рихард Вагнер в русском символизме

Даниэла Рицци

прогрессивный порыв. Для эпох, в которые преобладает «цивилизация», характерен разрыв между народом и интеллигенцией; в них «дух музыки» и стихия не исчезают, но сохраняются в состоянии как бы бессознательного забвения в глубинах народной души. Именно в этом ряду размышлений коренится и для Блока идея театра, задачи которого отличались бы от тех, которые приписывал ему натурализм конца XIX в. В эпоху «кризиса индивидуализма» должна родиться новая форма спектакля, о которой Блок говорит с лирической интонацией, свойственной его критической прозе: «И вот. пробуждаясь, пугливые и полузрячие, мы спешим на торжище, где ходит ветер и носит людские взоры; и люди … смотрятся, влюбляются в различные сияния бесчисленных и бездонных глаз» (7, 95 96). Это, в сущности, вагнеровский идеал антибуржуазного театра, место не развлечения, а духовного единения, место взаимного признания его членов и укрепления коллективных идеалов. Обращение к Вагнеру как зачинателю этого процесса выражено непосредственно. Объявляя, что именно «в такую эпоху должен воскресать театр». Блок прибавляет: «Почва для него уже напоена стихийными ливнями вагнеровской музыки, ибсеновской драмы» (там же. 95). Следовательно, новая театральная эра уже началась и ожидает лишь продолжателей. Попытка Вагнера оживить всенародный театр провалилась, поскольку этому воспрепятствовали худшие стороны окружающей «цивилизации», которая превратила сцену Байрейта в место «сборищ жалкого племени — пресыщенных туристов всей Европы» (9, 24). Как и Иванов, Блок считает, что времена и искусство должны меняться в тесной взаимной зависимости и что в критическую эпоху надо дать свободу подлинно жизненным и творческим силам, носителям «духа музыки» и культурных импульсов: т. е. народу в вагнеровском понимании этого термина. Вагнер не только теоретически анализировал это воссоединение искусства с народом, но и интерпретировал подспудные движения, зарождавшиеся в глубинах его сознания. Отсюда связь, соединяющая вагнеровскую музыку и социальные потрясения, произведенные «варварскими массами», хранителями «духа музыки»; «Вагнер все так же жив и все так же нов, когда начинает звучать в воздухе Революция, звучит ответно и Искусство Вагнера» (9, 24).

Но интерпретация действительности, пусть даже /130/




 



Читайте также: