Вы здесь: Начало // Литературоведение // Программа поэтики нового века

Программа поэтики нового века

Сергей Гиндин

трактоваться как независимые от поэта и изображаются лишь через призму «впечатлений», производимых ими па поэта. По существу, в этих наблюдениях Брюсова мы имеем дело с определенным филологическим аналогом тех постулатов о неустранимости наблюдателя, которые в первой четверти XX в. будут введены Эйнштейном, Планком, Гейзенбертом в физическую картину мира.

Еще раз обратится Брюсов к интересующей нас проблеме почти через полтора года, в конце января или в феврале 1898 г., работая над статьей «Я и Лев Толстой» — первым прообразом будущей книги «О искусстве»23. Здесь уже и сам разбираемый материал отсылает нас к примерам, анализировавшимся некогда в «Апологии»: «Поэт-несимволист, например, классик изобразит осенний пейзаж и постарается сделать это так живо, так рельефно, чтобы читатель как бы увидел перед собой этот пейзаж. <…> Недостаток этого способа состоит в том, что читатель может при созерцании данной картины испытать вовсе не то чувство, которое надеется вызвать в нем поэт. Поэт-символист постарается передать свое чувство — непосредственно <…> и постарается так сочетать слова, образы или картины, чтобы впечатления от них слились в одно цельное гармоническое чувство, именно то, которое поэт надеется вызвать в читателе. Таким образом, связь, которую дает словам и образам поэт-классик, зависит от общей картины произведения, а связь у поэта-символиста от настроения. Ясно, что поэту-символисту предстоит на его пути много опасностей; ясно также, почему многие стихи символистов кажутся такими бессвязными» 24.

В процитированном фрагменте Брюсов впервые после «Апологии символизма» напоминает, что семантические особенности символического произведения достигаются «особым сочетанием слов, образов и картин». Однако на закономерностях этого сочетания он здесь не останавливается. Как возврат к «Апологии» может быть воспринято и то обстоятельство, что в этом рассуждении (как и в анализе стихотворения «К портрету Жуковского») Брюсов вновь пользуется терминами «классическая» и «символическая» поэзия — «классик» и «символист», а не «поэзия» и «лирика», как то было во «Введении». Правда, он специально оговаривает, что излагает свои взгляды трехлетней давности (т. е. времен первого издания ″Chefs d’oeuvre″), а потому и использование прежней /106/




 



Читайте также: