Вы здесь: Начало // Литература и история, Литературоведение // Поэзия Вячеслава Иванова

Поэзия Вячеслава Иванова

Сергей Аверинцев

«Все, что – вчера» становится символом всего, что – всегда. Иванов знал, конечно, позднеантичную дефиницию мифа, данную одним философом времен Юлиана Отступника: «То, что не случалось тогда или тогда, но есть всегда»1.

«Гордому человеку», которого поэт вслед за Достоевским зовет «смириться», образ «младенчества» показан прежде всего как тихая укоризна («чтоб знал беглец, о чем жалеть…»). Но эта укоризна – одновременно обещание. Как понять умысел поэта: обещание не о будущем, но о прошлом? надежда, обращенная на прошлое? Как у средневековых мистиков, причина сближается с целью («causa finalis»); «младенчество», начало жизни, ее исток, понято как задача жизни, как ее предел. Поэтому для поэзии Вячеслава Иванова неизбежен миф об «антирройе» – возвратном течении времени навстречу самому себе (ср. «Сон Мелампа» из первого тома «Сог ardens»). Это «антивремя» интерпретируется как внутреннее время акта памяти, внутреннее время души, углубляющейся в себя и постольку выходящей из «внешнего» времена истории. Впрочем, поэт силится угадать «антирройю» и в историческом времени:

… И вспять рекой, вскипающей до дна,
К своим верховьям хлынут времена…

(«Человек»)

Вспомним, что для Блока даже младенческий плач, невинный голос «младенчества», имеет строго противоположный смысл:

Причастный тайнам, – плакал ребенок
О том, что никто не придет назад.

(«Девушка пела в церковном хоре…»)

Смысл «Возмездия» – именно в том, что никто не придет назад: не сможет прийти и не должен прийти. На это Блок надеется и об этом тоскует. Мы знаем, как это порой рисовалось Блоку:

О, если б знали вы, друзья,
Холод и мрак грядущих дней!..

(«Голос из хора»)

Но основание поэзии Блока, ее «внутренняя музыка» – готовность добровольно отказаться от надежды на возврат; поэтому эта поэзия трагична. «Невозвратимое – невозвратимо» – в этой тавтологии суть трагического. Трагедия может иметь радостный конец, но не может иметь «благостного» конца, в ней никто не «приходит назад».


1 «Sallustii philosophi de diis et mundo liber», IV q. – Fragmenta philosophorum Graecorum rec. Fr. G. A. Mullachius, vol. Ш. Parisiis, 1881, p. 33.

/182/




 



Читайте также: