Вы здесь: Начало // Литература и история // Мартин Бубер и Вячеслав Иванов

Мартин Бубер и Вячеслав Иванов

Дм. Вяч. Иванов

человеком. Большая любовь, и особенно любовь к религиозности как таковой, — к верности своему исповеданию и благочестию. Очень замечательная жена Бубера, католичка по рождению, а по убеждению, как она говорит, ″то же, что ее муж″. Говорит мало, но необычайно умно и содержательно, лучше, чем он сам. У них в Геппенгейме, между Гейдельбергом и Дармштадтом, дом и сад. Раз в неделю он ездит на лекции во Франкфурт. Она все знает, что и муж, ухаживает за садом: она называла, по форме листьев, все цветы, еще не распустившиеся в нашем саду. У них сын и дочь: но оба обзавелись собственной семьей и имеют детей; а Буберу-дедушке всего 49 лет. Его сотрудник по переводу Библии Розенцвейг, вследствие какой-то формы склероза не может ни писать, ни двигать предметов, ни говорить. Он только показывает буквы на пишущей машинке, и его жена угадывает слова и записывает. И в таком виде он работает неустанно и очень производительно. Интересные и чистые люди″7.

В начале 1932 г. Вяч. Иванов послал Буберу свою немецкую книгу о Достоевском8. 14 апреля Бубер писал из Геппенхейма:

″Вашу книгу о Достоевском, за присылку которой очень признателен, я прочел с чувством духовной близости, как нечто меня непосредственно касающееся. В одном месте это мне показалось особенно знаменательным. В примечании на странице 42 и сл. (едующей — Дм. И.) Вы цитируете Вашу — мне, к сожалению недоступную — книгу о Дионисе9. Выраженное Вами там мнение поразительно совпадает (отчасти почти что буквально) с тем, что я, не зная Вашей точки зрения, развивал в прошлом году на одной из моих лекций во Франкфуртском университете (в котором я с 30-го года имею кафедру ″Наука религии″): я категорически восставал против ныне привычных этимологических объяснений мифа. Кое-что о том же Вы найдете в книге (будет послана в течение месяца) о рождении израильского мессионизма — на стр. 119 и сл. (едующей — Дм. И.), против Мовинкельского тезиса происхождения рассказа о Синайском завете из обрядов Иерусалимского Храма10.

Мне очень печально, что мы не смогли больше встретиться. Я надеюсь, что все же мне это будет дано. Я часто и глубоко думал о моем посещении Вас. Пожалуйста, сообщите мне, как проходит Ваша жизнь″.

Уже весной 1932 г. Бубер получил от Вяч. Иванова только что вышедший сборник его статей11 и сразу же послал письмо:

″Дорогой, уважаемый господин Иванов, примите благодарность за Ваше доброе письмо и посылку. Прекрасную статью о Вергилии я уже знал, зато новым для меня было письмо Шарлю дю Босу. Движимый каким-то предчувствием я начал его читать как только получил книгу, и предчувствие мое оправдалось, ибо письмо это принадлежит к важнейшим документам эпохи12. Вы осознали самое существенное и выразили это: все дело в Памяти. Особенно я обрадовался, узнав о французском издании Вашего ″Диониса″, с которым я, стало быть, смогу ознакомиться13.

Кроме книги о Царстве Божием, которая Вам будет прислана на днях из Берлина, книги полемической и направленной против господствующих течений в ветхозаветных исследованиях (и поэтому отяжеленной более, чем мне бы хотелось, критическим аппаратом), я Вам скоро пошлю отсюда книжечку о диалогической жизни (″Zwiesprасhe″), часть которой появилась в свое время в ″Die Kreatur″.

Я подумываю об издании в будущем году коллективного сборника о Вере и Реальности, для которого я уже теперь прошу о Вашем сотрудничестве″.

Увы, проекты и надежды на сотрудничество не осуществились. Спустя несколько месяцев после этого письма началась гитлеровская диктатура. 1 августа 1934 г. из итальянского местечка San Vigilio di Marebbe (Prov. di Bolzano) M. Бубер отвечал Вяч. Иванову, взволнованно спрашивавшему о его положении:

″Нам, несмотря на многие испытания, живется сравнительно неплохо. Мою кафедру во /153/




 



Читайте также: