Вы здесь: Начало // Литература и история // Мартин Бубер и Вячеслав Иванов

Мартин Бубер и Вячеслав Иванов

Дм. Вяч. Иванов

стремлению Вяч. Иванова (ярко выраженному в ″Переписке″) сохранить thesaurus, духовное наследие предков в борьбе против нигилистической tabula rasa.

16 января 1927 г. М. Бубер писал Вяч. Иванову из городка Геппенгейм: ″Ваше сочувственное одобрение общего характера и позиции журнала сердечно обрадовало меня и моих друзей. Вам был уже выслан третий выпуск, и я позабочусь о том, чтобы Вы получили все следующие номера. То, что Вы подумываете о возможности Вашего сотрудничества с нами, очень меня порадовало; не хотели ли бы Вы предложить мне одну или несколько возможных тем? ″Переписка″ привлекла внимание многих. Со всех сторон дошли до меня многочисленные выражения глубокого и созвучного интереса и душевной симпатии″.

В начале 1927 г. М. Бубер послал в Collegio Borromeo (Павия), куда к тому времени переехал Вяч. Иванов, первые два тома своего немецкого перевода Библии, над которым он работал вместе с Ф. Розенцвейгом. Поэт, хорошо знавший немецкий язык и любивший писать на нем прозу и стихи, нашел этот перевод изумительным4.

28 февраля того же года Бубер писал Иванову: ″Глубокое понимание духа и целей нашего перевода Библии, которое чувствуется в Вашем письме, принесло мне и моему другу Розенцвейгу сердечную радость; вот таких ″акустических″ читателей мы желаем для себя″.

Собираясь приехать в Италию зимой 1927 г., Бубер вместе с женой надеются лично встретиться с Вяч. Ивановым. Ректор колледжа от своего имени и имени Иванова пригласил Бубера провести день в Павии. Первая встреча произошла в Certosa, прекрасном монастыре эпохи Ренессанса, одном из знаменитейших архитектурных комплексов Италии. Иванов и его спутники осмотрели Certosa, потом поэт показывал гостям свою любимую древнюю церковь — Сан Микеле (Буберы тоже в нее ″влюбились″), а в конце все вместе осмотрели здание колледжа. Это прекрасный дворец, построенный в 16 в. для старинной семьи князей Борромео. В нем после нескольких столетий разместился, ставший теперь автономным, колледж, организованный на британский и американский лад. Здесь живет университетская элита и студенты из неимущих семейств, которые прошли ″суровый″ конкурс.

Вяч. Иванов проводил часть года в Павии, изучая со студентами колледжа французскую, английскую и немецкую литературы, а также читая лекции по русской литературе в Павийском университете.

Ректор колледжа, монсеньор Рибольди5, дал в честь гостей ″тонкий завтрак″, а вечером Буберы уехали в Милан. Оттуда — через Брундизий в Александрию и Иерусалим.

Эти быстро пролетевшие часы знакомства и продолжительных бесед между Бубером и Вяч. Ивановым положили начало дружбе и сразу зародившейся духовной близости, которые, несмотря на редкий обмен письмами, длились всю жизнь.

О своих первых впечатлениях от знакомства с Буберами Вяч. Иванов сообщал дочери и сыну в письме от 27 марта 1927 г. :

″Бубер оставляет сильное впечатление: это еврейский праведник с глазами, глубоко входящими в душу, — ″истинный израильтянин, в котором нет лукавства″, — как сказал Христос про Нафанаила6. Понимает он все душевно и умственно с двух слов. Он полон одной идеей, которая и составляет содержание умственного движения, им возглавляемого: это идея — вера в живого Б-га-Творца, и взгляд на мир и человека, как на творение Б-жие. На этом, прежде всего, должны объединиться, не делая в остальном никаких уступок друг другу, существующие в Европе исповедания. Человек много возмечтал о себе и забыл свое лучшее достоинство — быть творением Б-жием по Его образу и подобию. Не нужно говорить о Б-жестве как предмете веры, это разделяет и подменяет; нужно Европе оздоровиться сердечною верою в Создателя и сознанием своей тварьности. Эти стародавние истины звучат в современности ново и свежо. Сила их провозглашения лежит, конечно, в личностях, ими по-новому вдохновленных. Вся философия и наука делается учением о тварьности. Пафос движения — пафос дистанции между Б-гом и /152/




 



Читайте также: