Вы здесь: Начало // Литературоведение // Мандельштам и Ходасевич

Мандельштам и Ходасевич

Александр Кушнер

нет у меня башмака, / Чтобы бросить в того дурака…») всплыл в строке Мандельштама: «И я, как дурак на гребенке…», да и мандельштамовские «сапоги» недалеко ушли от ходасевического «башмака», хотя, конечно, это прежде всего те самые «рассохлые сапоги», которые «топтали разночинцы».

А строфа из «Бедных рифм» Ходасевича:

И обратно тащить на квартиру
Этот плед, и жену, и пиджак,
И ни разу по пледу и миру
Кулаком не ударить вот так…

опять-таки перемигивается с мандельштамовской «Квартирой», повлияла на нее.

Почему же все-таки такого рода перекличка представляется мне неосознанной — следовательно и не рассчитанной на обязательное читательское восприятие? Именно потому, что она не содержит в себе интонационного совпадения. Интонация — душа стихотворения. Смысл замыслен в ней еще до словесного своего воплощения. «И в бездревесности кружилися листы» — кажется, что это сказано и об интонации. Придавая слишком большое значение лексическим сопоставлениям, отрывая слово от интонации, мы навязываем поэту несущественные, а нередко и несуществующие аналогии.

Почему блоковские «стены» («Все стены пропитаны ядом, / И негде главу преклонить!») «обязательны» для правильного прочтения «Квартиры», почему этот «намек» должен быть учтен (ведь слово «стены» вполне нейтрально!)? Потому что здесь мы имеем дело прежде всего с ритмико-интонационным совпадением, следовательно и со смысловым. Никому и в голову не придет вспомнить, например, «стены» из стихотворения Кузмина: «Совсем другие стены / Когда я пришел домой…», — стены здесь действительно «другие».22

И не потому ли даже такое экзотическое слово, как «башлык» в стихах Пастернака «Боль, как пятна с башлыков, выводил…», не связывается в нашем сознании со стихами Анненского: «Вы тот посыльный в Новый год, / Что орхидеи нам несет / Дыша в башлык обледенелый»? И наоборот, самое простое слово «шли» в стихах Пастернака «Август» «Вы в одиночку шли и парами…» — напоминает нам о том, как «шла» героиня блоковского стихотворения «Бывало, шла походкой чинною…» именно потому, что здесь Пастернаком повторена блоковская интонация.

Любопытно сопоставить стихотворение Мандельштама 1931 года «Мы с тобой на кухне посидим…» со стихотворением Ходасевича «Сквозь ненастный зимний денек…» 1927 года. /52/




 



Читайте также: