Вы здесь: Начало // Литературоведение // Мандельштам и Ходасевич

Мандельштам и Ходасевич

Александр Кушнер

конечно, сознание работает во всю мощь, но работает оно вместе с подсознанием, «в беспамятстве ночная песнь поется» — это заявлено с той же определенностью, что и противоположное высказывание — протест против футуристической зауми в «Утре акмеизма», статье, превозносящей «сознательный смысл слова, Логос».20

Мимоходом отмечу, что Мандельштам, по-видимому, внимательно читал статью Тынянова «Промежуток», где в главке о Ходасевиче высоко оцениваются два стихотворения: «Баллада» и «Перешагни, перескочи…». Следы этого чтения я вижу в одном из восьмистиший, написанных в 1932 году: «Как будто в руку вложена записка / И на нее немедленно ответь…». По поводу стихотворения «Перешагни, перескочи…» у Тынянова сказано: «Это стихотворная записка… почти розановская записка… как бы внезапное вторжение записной книжки в классную комнату высокой лирики».21 Замечу, что и сам принцип «бормотания» если так можно сказать, замечания, сделанного мимоходом, фрагментарность, сжатость и краткость сближают восьмистишия с семистрочным стихотворением Ходасевича.

«Квартира» Мандельштама перекликается не только с «Балладой», но и с поздними, «европейскими» стихами Ходасевича. Причем, если «Балладу» вспомнить все-таки вполне естественно, хотя, может быть, и необязательно (воспоминание о ней предопределено общим стиховым размером, да и «ключ Ипокрены», упоминаемый в последней строфе «Квартиры» — этот античный мотив может быть соотнесен с «Орфеем» в последней строфе «Баллады»), то совпадения с такими стихами Ходасевича, как «Окна во двор» и «Бедные рифмы» явно непреднамерены и говорят лишь о том, что Мандельштам, конечно, внимательно его читал.

У Мандельштама — «…булькает влага / По трубам внутри батарей», у Ходасевича: «Вода запищала в стене глубоко: / Должно быть, по трубам бежать нелегко».

У Мандельштама:

И столько мучительной злости
Таит в себе каждый намек,
Как будто вколачивал гвозди
Некрасова здесь молоток.

У Ходасевича:

Небритый старик, отодвинув кровать,
Забивает старательно гвоздь.

У Мандельштама есть и старик: «Тебе, старику и неряхе / Пора сапогами стучать». А «дурак» Ходасевича («И лишнего /51/




 



Читайте также: