Вы здесь: Начало // Литературоведение // Классические мотивы поэзии Осипа Мандельштама

Классические мотивы поэзии Осипа Мандельштама

Виктор Террас

в мандельштамовской интерпретации классической (или классицистической) темы делается именно на «современности», а не на «классическом»29 аспекте. Но Мандельштама нельзя назвать поэтом-ученым, который, подобно Брюсову, использует богатство классической поэзии и мифологии, вводя их в свои собственные произведения30. И в отличие от Пушкина, Жуковского или Фета, переводы и имитации которых пользовались популярностью, так как их авторы смогли уловить самую суть и душу Гомера, Анакреона или Горация, Мандельштам не является ни переводчиком, ни подражателем классической поэзии. Его представления о классической античности не «гомеровские», «сапфические» или «горациевы», а мандельштамовские. Язык, которым поэт выражает эти представления, — неподдельный природно-русский, а не эллинизированный или латинизированный академический31.

Последнее, но немаловажное обстоятельство — это то, что поэзия Мандельштама имеет такое же или почти такое же отношение к Италии Данте и Ботичелли, Франции Вилона и Расина, Англии Чарльза Диккенса и Шотландии сэра Вальтера Скотта, к Византии и папскому Риму, и даже древнему Египту, как к древней Элладе и Риму. «Мировая культура», а не древняя, является лейтмотивом мандельштамовской поэзии. Однажды, когда его попросили дать определение акмеизма, поэт ответил: «Тоска по мировой культуре»32. Он не столько «эллинист», сколько пламенный космополитический ревнитель культуры — западной культуры, — ее целостности и вечности, певец ее святости и красоты. Это повторяется снова и снова в его стихах и прозе33. Одним словом, «эллинизм» поэта, выражающийся в его увлеченности культурой древней Греции, это не эллинофильский антикваризм (как например, у Щербины), но дионисийское восхищение при виде прекрасного, что очень похоже на эстетизм Ницше34, необычайная сила интуиции, позволяющая ему проникать в прошлое. Это одно из счастливых поэтических открытий в ряду прочих.

У Мандельштама, как кажется, было необыкновенно развито чувство времени — бергсоновского времени35. Он слышал его, видел его, чувствовал его влияние, дышал им36. Мандельштамовская поэзия представляет собой ряд иногда радостных, иногда болезненных столкновений со временем37.

Мандельштамовские классические словарь и образы обширны, но они не выходят за пределы используемых Пушкиным, Тютчевым, Брюсовым, Вячеславом Ивановым и даже Гумилевым. Мандельштам не антиквар. Если и появляются /16/




 



Читайте также: