Вы здесь: Начало // Литература и история // Кем была Марина Цветаева?

Кем была Марина Цветаева?

Николай Еленев

/156/

искусство больше власти, герцог Валленштейн — трагический соперник Габсбургов. «Но судьба герцога Фридландского изображена Шиллером. Вы хотите, чтобы я соперничала с ним?..» — «Это только отговорка… Вспомните, что музеи и архивы страны хранят настоящие сокровища, начиная от монет торговцев-арабов, посещавших Прагу в X веке, и кончая данными о Суворове…»

Но ничьими советами, конечно, Цветаева никогда не руководствовалась. Главное было то, что в современных чехах она видела мещан. Она трунила не раз над их любимым кушаньем «кнедликами», отожествляя нацию с этими тяжелыми клецками. Цветаева не понимала переходного времени в жизни страны, не обладая достаточной терпимостью. Преклонение перед Германией, которого она не скрывала, было тоже непреодолимым препятствием для ее признания славянской средой. Чешским языком Марина владела плохо. Благонамеренность и скрытность рядового чеха ненавидела. Но было бы несправедливо винить только ее. Художественная политика Чехословакии, в частности, творилась не индивидуальными усилиями, но правительственными учреждениями. Казенная мысль — всюду казенщина. Цветаева не была европейской знаменитостью, она была нищая беженка. Этого было достаточно, чтобы ее не замечали ни печать, ни видные чешские писатели, тесно сотрудничавшие с властью, ограниченно и подобострастно взиравшей только на Францию.

Однажды я показал Марине пражский Карлов моет с его статуями, рассказал ей его историю и легенды, связанные с этим замечательным архитектурным созданием средневековья. На одном из мостовых устоев высится изваяние так называемого пражского Роланда, иначе — Брунцвика. Статуи подобного рода в северной Германии, олицетворяющие права и свободу горожан, восходят к XIII веку. Пражский рыцарь, сооруженный в конце XV столетия, уничтоженный шведским обстрелом города в 1648 году и возобновленный, не соответствуя, однако, фрагментам, в 1884 г. Людвигом Шимеком, понравился Марине больше всего.

Стройная фигура юноши в доспехах, с поднятым мечом и щитом у ног отвечала ее вкусу. Изваяния эпохи барокко, сооруженные на мосту уже в начале XVIII века, Цветаеву не увлекли. Она не обладала соответствующей художественной подготовкой, чтобы понять их замечательные достоинства и, обусловленный католицизмом, их религиозный пафос.

Но Марину тронул, показался ей искренне-значительным герб Вацлава IV, изображающий зимородка в венке, — символ женской верности, символ доброго гения, предотвращающего несчастье и беду. Зимородок по-чешски — «птачек-леднячек». — «Как хорошо звучит «птачек-леднячек» … Это название весело, ласково звучит…» — повторяла она. — «Но пойдемте взглянуть еще на пражского рыцаря».

Вниз по реке медленно шли огромные плоты. Полуголые, загорелые плотовщики сплавляли корабельный лес. Близкие пороги гулко шумели. Роланд охранял реку и права горожан, на которые уже никто не посягал. Сказочный образ юного витязя, как всякая сказка, говорил Марине больше, чем история. Осенью того же года появилось стихотворение Цветаевой «Пражский Рыцарь». Однако, символическое изваяние для Марины послужило только предлогом для передачи личных чувств. И, что можно заметить не сразу, эти стихи заключают в себе оттенок удачно переключенного и усложненного «цыганского романса».

Начиная от П. Вяземского и кончая Цветаевой, Прага осталась чуждой русскому поэтическому постижению. Их стихи — только географические обозначения.




 



Читайте также: