Вы здесь: Начало // Литературоведение // К теме: ″Вячеслав Иванов и Гете″

К теме: ″Вячеслав Иванов и Гете″

Майкл Вахтель

Это — появление прекрасной бессмертной женщины, которая навсегда изменяет жизнь человека.

По всей видимости, такое расслоение подтекстов соответствует мировоззрению Иванова. При помощи ссылок на разные традиции и эпохи Иванов дает своему стихотворению мифическую основу. Красота загадочна, и неслучайно она говорит о себе: ′Тайна мне самой и тайна миру…″ Она не тождественна ни одной из героинь в текстах, но читатель должен ее воспринимать на их фоне. Она является новым этапом в длинной традиции. Заметим, что в своих стихах и статьях Иванов довольно резко полемизирует, гораздо чаще примиряет противоположности. Он — синтетический мыслитель, и его поэтика синтетична.

В ″Красоте″ Иванов пользуется легко узнаваемой метрической формой, чтобы вызвать гетевскую балладу в памяти читателя. Но героиня Гете — отрицательная сила, которая уничтожает мужчину. А у Иванова она несет высокое утверждающее начало, она — ″Кроткий луч таинственного Да″. Но чтобы понять семантическую связь между ″Красотой″ и ″Коринфской невестой″, следует сосредоточиться не на множестве различий, а на немногих точках соприкосновения. Самая главная из них — тема встречи смертного с загадочной женщиной, представительницей иного (потустороннего) мира.

Строфой, навеянной ″Коринфской невестой″, написано и другое ключевое произведение Иванова. Оно находится во второй части мелопеи ″Человек″, которая построена зеркальным образом. Первое и последнее стихотворения написаны одним размером, второе и предпоследнее другим размером, и т.д. В самом центре находится одно стихотворение с уникальной строфической формой. В отличие от других, которые обозначены греческими буквами, оно помечено греческим словом ακμη′ (″акмэ″ — т.е. ″высшая степень″). Это стихотворение представляет вершину второй части (так обозначено и центральное стихотворение четвертой части мелопеи)8.

Темой первого ″ακμη′″ является надпись ″ΕΙ″, которая находится на дельфийском храме. Об этой надписи Иванов пишет многократно. Он понимает ее как сокращение фразы ″Ты Еси″, а это, как известно, один из девизов этико-философской системы Иванова. Почему же он воплощает ″акмэ″ своей мысли в строфической форме, которая заимствована из ″Коринфской невесты″? На первый взгляд, не обнаруживается никакой семантической связи между балладой Гете и ″Человеком″. Однако, тот, кто вхож в мир Иванова, узнает мотивы и символы, которые связывают ″акмэ″ второй части и с ″Коринфской невестой″ и с ″Красотой″:

Что тебе, в издревле пресловутых
Прорицаньем Дельфах, богомол,

/189/




 



Читайте также: