Вы здесь: Начало // Литературоведение // Еще раз о Брюсове и Пастернаке

Еще раз о Брюсове и Пастернаке

Николай Богомолов

где даже сам пейзаж, предстающий взору героя, выстраивается, подобно пастернаковскому, по вертикали:

В последний раз взглянул я свыше
В мое высокое окно 5 :
Увидел солнце, небо, крыши
И города морское дно.
И странно мне открылась новой
В тот полный и мгновенный миг
Вся жизнь толпы многоголовой,
Заботы вспененный родник.

Наконец, последнее из брюсовских произведений, которое необходимо упомянуть в данном контексте, – «Каменщик» (1903), входящий в ту же книгу «Stephanos». Рефрен «Камни, полдень, пыль и молот, // Камни, пыль и зной…» перекликается с обликом Мясницкой у Пастернака, с тем ее рабочим, ремонтным пейзажем, который столь много значит для создания городской атмосферы.

Думается, даже этот разбор всего одного пастернаковского стихотворения на фоне урбанистических стихов Брюсова позволяет говорить о значительном влиянии, оказанным по крайней мере в это время, в 1922- 1923 гг., творчеством Брюсова на поэзию Пастернака.

Вместе с тем, те немногие исследователи, которые занимались изучением взаимоотношений творческих систем Брюсова и Пастернака, приходили к довольно категоричному выводу: «Говорить о брюсовских корнях поэзии Пастернака, о прямом творческом влиянии маститого поэта на поэта молодого, начинающего не приходится. <…> Влияние Брюсова на Пастернака было скорее нравственно-этическим, чем непосредственно творческим»6.

Вряд ли с таким заключением можно безоговорочно согласиться. Сам Пастернак, объясняя свое отношение к творчеству Брюсова, писал ему в августе 1922 г.: «… больше всего я Вам благодарен за то, что, кажется, не подражая Вам, – иногда чувствую Брюсова в себе – это тогда, когда я чувствую над собою, за собою и в себе – поэта»7. Цитируемое письмо было написано перед отъездом Пастернака в Берлин, где и сочинилось стихотворение «Бабочка-буря». А вскоре по возвращении, в декабре 1923 г., Пастернак выступил на чествовании Брюсова в связи с его пятидесятилетием, где прочитал известное стихотворение (что само по себе не может быть безразлично для нас) и сказал: «Если Брюсов нам кажется более сухим, чем вечно вдохновенный Блок, то это потому произошло, что Брюсову пришлось открыть для Блока урбанизм, а самому пришлось остаться блюстителем определенного движения. <…> Этим нужно очень серьезно и с большой любовью заняться. <…> Вот такое ощущение такого трагизма явления всякого большого поэта и по-своему поэта Брюсова руководило, когда я писал ему это поздравление…»8.

/127/




 



Читайте также: