Вы здесь: Начало // Литературоведение // «Дар мудрых пчел» Ф.Сологуба – диалог с Анненским?

«Дар мудрых пчел» Ф.Сологуба – диалог с Анненским?

Джейсон Меррилл

Разница между двумя драматическими произведениями заметна еще до обращения к самому тексту, так как Анненский также предваряет свою версию предисловием. Он тоже начинает с указания на источник, делая упор на свое понимание мифа: «Трагедия Лаодамии взята нами из античной версии мифа о жене, которая не могла пережить свидания с мертвым мужем» (413).5

Анненский пересказывает миф в соответствии с доступными ему источниками, а затем отводит достаточно много места тому, что известно о трагедии Еврипида «Протесилай». Он отмечает разницу в концовке драмы Выспянского «Protesilas i Laodamia» и заканчивает предисловие объяснением, чем его драма отличается от других версий. Здесь Анненский выступает в обычной для себя роли ученого, ставит перед собой задачу обозначить место своей версии в широком контексте мифа и обеспечить читателя как можно более подробными сведениями о сюжете. Это резко отличает его от Сологуба, дающего очень сухое и лаконичное предисловие.

Сравнение двух драм показывает, что, кроме использования одного и того нее мифа, версии Сологуба и Анненского имеют очень мало общего; по-видимому, Сологуб почти ничего или совсем ничего не позаимствовал у своего современника. Поведение Сологуба по-своему подтверждает этот вывод. В конце декабря 1906 года он обратился к Анненскому, «Лаодамия» которого уже вышла из печати, с просьбой прочитать почти законченную пьесу и сказать «что-нибудь» о ней.6 Письменный ответ Анненского не известен, но, вероятно, он не забыл об этом эпизоде. В декабре 1908 года, в рецензии на второе издание сборника «Из жизни идей» Зелинского, он написал о своей «Лаодамии» и «Даре мудрых пчел» Сологуба.7 Главное различие драматических версий ему виделось в том, что – в отличие от Сологуба – он попытался угадать намерения Еврипида; его драма вышла до статьи Зелинского «Античная Ленора»,8 тогда как драма Сологуба не только была издана после нее, но и создана иод ее «несомненным влиянием». Публикация рецензии не лучшим образом отразилась на дальнейших отношениях поэтов, послужив подтверждением того, что наметившийся в их драматических версиях диалог затронул чувства обоих.

В статье «О современном лиризме» Анненский отметил характерную черту поэтики Сологуба: он «слишком сам в своих, им же самим и созданных превращениях».9 Эти слова в полной мере можно отнести и к «Дару мудрых пчел». В своей драме посредством интерпретации античного мифа Сологуб утверждает основы символистской эстетики и тем самым вступает в полемику с Анненским, драма которого такой задаче не подчиняется.

Этот «диалог» проявляется в дополнениях, которые Сологуб делает к основному мифу.

Он вводит нового персонажа – молодого скульптора Лисиппа, его нет в других версиях мифа, однако у Сологуба он играет ключевую роль. Явный намек на гомоэротические отношения между Лисиппом и Протесилаем фактически является основной причиной для последующего развития сюжета. Лаодамия признается своей служанке Ниссе, что она спала с Протесилаем /49/




 



Читайте также: