Вы здесь: Начало // Литературоведение // Александр Блок. Основные мотивы поэзии

Александр Блок. Основные мотивы поэзии

Владимир Самойло

хранит и этот «белый цветок» легенды, оставшийся от Мадонны, — как святыню.

Он хранит в душе этот «намек», этот неуловимый, «исчезающий свет», словно «бледные в прошлом мечты», он хранит отрывки «неведомых слов», эти «отклики прежних миров».

Он хранит лишь порой в памяти воскресающими, если не в душе всегда живыми, — эти черты лица прежней живой Мадонны. И он ждет, что «отворится дверь» храма, — и эта настоящая — та прежняя Мадонна с «того берега», — появится у нас и «засмеется» на нашем берегу. Он ждет, что она «пройдет» по нашим «церковным ступеням», «озарит» их своим живым сияньем, сойдет к нам вниз по ним божественными стопами, тронет «холодный камень», который «ждет ее шагов».

Бегут неверные дневные тени,
Высок и внятен колокольный зов.
Озарены церковные ступени,
Их камень жив — и ждет твоих шагов.

Ты здесь пройдешь, холодный камень тронешь,
Одетый страшной святостью веков,
И, может быть, цветок весны уронишь
Здесь, в этой мгле, у строгих образов.

Растут невнятно розовые тени,
Высок и внятен колокольный зов.
Ложится мгла на старые ступени…
Я озарен — я жду твоих шагов.

Этот камень жив: «каждый камень живой», говорил еще Тютчев. Он только одет «страшной святостью веков» — бессилием мертвого обрядоверия; он загипнотизирован, зачарован ликами «строгих образов».

И поэт ждет, что Она, пройдя, «уронит» здесь, у наших «строгих образов», — живой «цветок весны», цветок возрождения, мистическую розу Мадонны.

Только юная богиня Рима, чистая молодая Дева весны, не побоится этой «ветхой позолоты», этой каменной «строгости» наших образов; она одна может оживить наше византийское старчество.

Поэт «озарен» надеждой и «ждет ее шагов».

Конечно, былой Мадонны Рима, Владычицы вселенной, воскресить уже нельзя.

От религиозной эсхатологии католицизма этот образ прошел через стадию философского мистицизма романтиков и ныне модернизован /129/




 



Читайте также: